«Продолжение истории: синтез социализма и капитализма», В. Белоцерковский

Содержание

1.        ФЕДЕРАЦИЯ КООПЕРАТИВОВ МОНДРАГОН

2.        ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ

3.        ОТ МОТИВАЦИИ ТРУДА К РАЗВИТИЮ ОБЩЕСТВА

 

 

 

 

Фрагмент книги

«Продолжение истории: синтез социализма и капитализма», Белоцерковский В.

 

 

ФЕДЕРАЦИЯ КООПЕРАТИВОВ МОНДРАГОН

 

Федерация Мондрагон особенно интересна для нас тем, что представляет собой, во-первых, пример наиболее продвинутого воплощения «синтезного уклада», во-вторых, является миниатюрным государством кооперативного социализма, и в-третьих, интересна тем обстоятельством, что создавалась федерация в условиях, очень близких к нынешним условиям в России.

Любопытно и то, что, по мнению старых русских эмигрантов, испанцы по своему характеру более всех других близки к русским. Не знаю, насколько верно это заключение (в Испании я не жил), но история Испании действительно близка в определенных аспектах к русской истории. Испания, как и Россия, поздно вышла из феодализма, и соответственно поздно, в конце XIX века, началось в Испании развитие капитализма. Видимый результат этого - плохая совместимость с капитализмом. В 30-е годы прошедшего века Испания была второй после России страной, в которой началось очень серьезное и, что важно, мирное и демократическое развитие социализма, остановленное лишь фашистским мятежом генерала Франко, поддержанным Гитлером и Муссолини. И может не случайно именно в Испании родилась и утвердилась наиболее развитая форма «синтезного» социализма - федерация Мондрагон.

Федерация эта не перестает вызывать интерес в западном мире, Мондрагон не перестают посещать ученые, журналисты, о ней продолжают публиковаться статьи и книги, сниматься телефильмы. И только в нашей стране о Мондрагоне почти ничего не знают и знать не хотят. Я, например, несколько раз пытался снарядить туда телевизионную группу, но так и не смог найти спонсора. В 1992 году по ходатайству Союза Трудовых Коллективов, согласились финансировать экспедицию Советы трудовых коллективов Норильска, но началась гиперинфляция, и у них не стало средств.

 

Федерация Мондрагон. Общие и статистические данные.

То, что началось в 1956 году (в год XX съезда КПСС!) с создания одной маленькой полукустарной мастерской по ремонту бытовых электроприборов, в которой работало 25 человек, в настоящее время представляет собой производственное объединение, включающее более 160 фирм, на которых занято более 60-ти тысяч работников. В 1997 году общий объем продаж Мондрагона превысил 5 миллиардов долларов США, почти половина которых была выручена на экспорте. Финансовые активы федерации составили более 7,5 миллиарда долларов. В Испании предприятия Мондрагона являются лидерами в производстве бытовых электроприборов и станков, и являются третьими по величине в Европе поставщиками запчастей для автомобилей. Предприятия федерации производят также робототехнику, автоматические линии для автозаводов Форда и Рено, горные экскаваторы, спутниковые антенны, дорогие автобусы, металлические конструкции, пресс-формы для различных изделий, оборудование для переработки и упаковки сельхозпродукции, ветровые двигатели и многое другое. Специализированные фирмы федерации занимаются также техническим консалтингом и программным обеспечением. Имеет Мондрагон и сельскохозяйственные товарищества, и сеть кооперативных супермаркетов более 300 магазинов, разбросанных по всей провинции Басков. Федерация строит дома для своих работников и имеет большое число разнообразных технических училищ, четыре из них университетского уровня, имеет научно-прикладной центр из трех институтов, страховые и финансовые учреждения.

Мондрагонская федерация отличается уникально высоким показателем занятости и оплаты труда. Это при том, что в Испании наблюдался самый большой в Европе уровень безработицы в 15-20%.

За 44 года, с момента создания, из всех фирм Мондрагона банкротство потерпели лишь три. Для сравнения: в США среди частных фирм и акционерных корпораций после первых пяти лет существования выживает в среднем только 20%!

Предприятия и учреждения Мондрагона отличаются также отсутствием коррупции.

Необходимо, наконец, отметить и такой важный факт, что районы размещения предприятий федерации до их создания отличались плохими экологическими условиями, а теперь это одни из самых благополучных в этом отношении районов Испании. Причина в том, что особый механизм расширенного воспроизводства федерации позволял создавать экологически весьма чистые предприятия.

 

История создания. Хосе Мария Аризмендарриета.

В марте 1939 года испанские фашисты Франко с помощью вооруженных сил Германии и Италии одержали победу над республиканской армией Испании. С уничтожением испанской демократической республики в Европе закончилась эпоха попыток утверждения марксистского "антитезисного" социализма, начатая в 1871 году созданием Парижской коммуны. Распространение социализма в Восточной Европе после Второй Мировой войны не было органичным явлением: происходило с помощью советских войск и КГБ.

С победой Франко в Испании установился жестокий террор. В списках сторонников республики, приговоренных фашистами к смерти, значилось и имя Хосе Марии Аризмендарриеты, священника, редактора антифашистской газеты в Басконии. Но из-за ошибки фашистов, принявших его за простого солдата, он остался в живых. И эта ошибка сохранила жизнь человеку, которому суждено было начать на практике эпоху утверждения "синтезного" социализма.

Дон Хосе (как его называли в Мондрагоне) родился в 1915 г. Через несколько лет после окончания гражданской войны Аризмендарриета подпал под амнистию военнопленных, был выпущен из тюрьмы и вскоре после этого церковным начальством направлен священником в маленький провинциальный город Мондрагон в Басконии. Предыдущего настоятеля мондрагоновского прихода фашисты расстреляли.

В те годы в провинции Басков господствовала атмосфера нищеты и подавленности. Вся Испания после гражданской войны находилась в тяжелом состоянии, но Баскония пострадала особенно сильно, и власти Франко там бесчинствовали сильнее чем где бы то ни было. Промышленные предприятия были разрушены или бездействовали, свирепствовала безработица, особенно среди молодежи, капиталов для инвестиций не было: Испания до падения фашистского режима находилась в экономической изоляции.

Известно, что Дон Хосе самостоятельно изучал историю кооперативного движения и хотел было после войны поехать в Бельгию и поступить в университет города Левена, где уделялось большое внимание кооперативной теории и истории, но не получил разрешения церковного начальства прервать ради этого свою службу в Мондрагоне. Однако это не помешало (если не помогло!)  молодому священнику прийти к собственным пионерским идеям по созданию кооперативов нового типа и их ассоциации. В Басконии он не видел иного выхода для спасения от безработицы и разрухи, нежели попытаться начать создание таких кооперативов. Начать он решил с основания кооперативного технического училища. Аризмендарриета попытался было получить на это субсидию от властей и местных предпринимателей, но ничего не добился и решил обратиться за пожертвованиями к своим прихожанам. Таким образом ему удалось собрать необходимые средства, и в 1943 году училище было открыто и приняло первых двадцать учеников. За работой училища наблюдал комитет, избираемый родителями учеников. Читая лекции в этом училище по социологии и кооперативной теории, Аризмендарриета впервые формулирует свои идеи по созданию кооперативов нового типа и приобретает первых преданных учеников и врагов среди местных фашистов. Среди тех и других за ним закрепляется прозвище "красного священника".

Здесь пора отметить, что, по отзывам людей, близко знавших Дона Хосе, он обладал яркой харизматической личностью. Американский социолог Фред Фройндлих, несколько лет проживший в Мондрагоне, пишет: "Первым и самым важным уникальным фактором успеха федерации Мондрагон является личность Хосе Марии Аризмендарриеты. Говорил он всегда тихо, спокойно, оратором был неважным, но обладал потрясающим умением достойно держаться и убеждать своих слушателей. Аризмендарриета был сильным человеком и умел вдохновлять людей каким-то особым, ему одному присущим образом. Он пользовался огромным уважением среди своих учеников и рабочих." (Доклад на конференции по вопросам кооперации в Вашингтонском Университете, май 1998 г.)

 

Мондрагон в развитии.

В 1956 году пятеро учеников Аризмендарриеты создали под его неформальным руководством первое кооперативное предприятие сначала по ремонту, а потом и по производству бытовых электроприборов. Назвали они его Улгор, по первым буквам фамилий основателей. Деньги на создание фабрики Дон Хосе вновь сумел собрать у своих прихожан, среди которых пользовался большим уважением и доверием.

Это уже был кооператив нового, "синтезного" типа, основанный на принципе "Кто не работает, тот не владеет!" (И владеют все, кто работают) и на принципе "Продукт труда - частная собственность его создателя!", то есть когда прибыль делится между работниками, а та ее часть, которая вкладывается на развитие производства, записывается на индивидуальные счета работников (остается их собственностью!), дает им проценты (как если бы они положили свои доли в Банк) и изымается ими при уходе с предприятия. И никаких акций! Ну и разумеется с полной внутренней демократией, опирающейся на принцип "один человек - один голос".

Сейчас "Улгор" - одно из крупнейших в Испании предприятий, половина продукции которого идет на экспорт.

Вслед за Улгором учениками и сподвижниками Аризмендарриеты стали создаваться новые подобные же кооперативы. Сначала путем "почкования" и сбора необходимых средств с учредителей и потенциальных потребителей (в виде займов), а с 1959 года с помощью кооперативного банка нового типа, названного его создателями Народной Рабочей Кассой (Caja Laboral Popular). Рассказывают, что когда Дон Хосе впервые предложил своим ученикам создать такой банк, они решили, что он тронулся. "Мы сказали ему, - рассказывают ученики, - что вчера мы были ремесленниками, потом - мастерами и инженерами. Сегодня - пытаемся научиться быть менеджерами. А теперь Вы хотите, чтобы мы стали банкирами. Это невозможно!" Но Аризмендарриета убедил их, что это и возможно, и необходимо. Для создания первоначального оборотного капитала Дон Хосе предложил воспользоваться пунктом закона, позволяющего кооперативным банкам платить проценты по вкладам на 1,5% больше банков государственных. И расчетливые баски бросились вкладывать свои деньги в новый банк. Сказалось тут и высокое доверие к Аризмендарриете. За 15 последующих лет с помощью Народной Кассы было создано 56 новых кооперативных предприятий, что обеспечивало региону прирост в среднем 800 новых рабочих мест в год. Предприятия эти, как мы уже говорили, продавались Кассой по себестоимости и в рассрочку новым трудовым коллективам. В свою очередь старые и вновь образованные кооперативные предприятия ежегодно вкладывают в Кассу 13% своей прибыли. Кредиты от Кассы кооперативы получают под символический процент.

Американский экономист Дэвид Эллерман, о котором мы уже упоминали, очень хорошо охарактеризовал роль Народной Кассы как "общественное предпринимательство".

 

Как развивалась деятельность Народной Кассы.

Вначале чаще всего инициаторами создания новых кооперативов выступали жители региона. Группа местных граждан приходила в Кассу и просила субсидии и помощи в организации нового предприятия. Сотрудники Кассы поначалу их как правило пытались отговаривать, объясняя как трудно начать работу новому кооперативу, насколько неустойчив рынок и как много усилий им потребуется, чтобы осуществить свое намерение. В том числе каждому придется внести вступительный взнос. (Взносы эти можно было брать в долг в Кассе под маленький процент. Вначале взнос был равен 2.000 долларов, потом, с усложнением и удорожанием создаваемых предприятий, стал расти и в 1991 г. достиг 10.000 долларов.)

Если просители оставались непоколебимы в своем решении создать новый кооператив, эксперты Кассы проводили предварительный анализ их проекта и (при положительном заключении) предлагали выбрать представителя для постоянных взаимоотношений с Кассой (впоследствии он, как правило, становился управляющим новым кооперативом), включали представителя в состав персонала Кассы, и вместе с ним и его группой специалисты Кассы начинали готовить детальный проект нового кооператива. При этом представителю группы в течение полутора или двух лет (срок, необходимый для создания проекта) выплачивалась зарплата, которую впоследствии нужно было возвращать из доходов предприятия, как и всю субсидию на его строительство.

Субсидии Кассы в целом составляют 60% от себестоимости создания предприятия. 20% вносит трудовой коллектив (из вступительных взносов работников) и 20% (внимание!) - министерство труда из государственного фонда содействия созданию новых рабочих мест. В первые годы государство не помогало, и Кассе приходилось вносить больше 60%. Помогать стало, когда убедилось в эффективности работы Кассы и жизнеспособности новых кооперативов. Но тут надо отметить, что и кооперативы Мондрагона, в соответствии с испанским законодательством, 10% от своих прибылей отдают на социальные нужды региона. Субсидии Кассы для создания кооперативных предприятий выдаются на определенный срок, в зависимости от характера создаваемого предприятия. В случае, если субсидии в установленное время не гасятся, Касса начинает взимать проценты, которые со временем поэтапно возрастают.

С течением времени окрепшая и разбогатевшая Народная Касса начала уже и сама определять создание новых предприятий, исходя из нужд жителей региона и анализа рыночной конъюнктуры, начала заниматься перспективным планированием капиталовложений. Решив создавать какое-либо предприятие, Касса собирает для него трудовой коллектив и проводит необходимое обучение будущих работников принципам ведения кооперативного хозяйства.

Касса, к примеру, создала сеть кооперативов для женщин, которых в Испании с большой неохотой берут на работу частные фирмы. В том числе были созданы кооперативы по приготовлению и доставке обедов на дом или в учреждения, затем рестораны, детские сады (члены кооперативов за содержание в них своих детей платят очень немного) и другие специфические предприятия сервиса.

В течение первых трех лет Касса помогает новым коллективам управлять своими предприятиями, командируя своих специалистов в их Советы директоров. В этот период Касса покрывает также и убытки новых кооперативов, если они возникают (ссуды на покрытие убытков тоже потом выплачиваются в Кассу.) После выплаты кооперативом субсидий командированные в помощь ему менеджеры возвращаются назад в Кассу, но в случае появления серьезных проблем вновь приходят на помощь.

В период общего экономического спада в стране Касса нередко прибегает к конверсии разоряющихся частных фирм в кооперативы, если находит, что фирмы в этом случае смогут выжить, ну и, разумеется, при наличии желания у их работников на конверсию. В периоды стагнации Народная Касса буквально осаждается представителями гибнущих частных фирм, просящих помощи в превращении их фирм в кооперативы! Нашим приверженцам капитализма есть тут над чем подумать!

Вспомним и наш прогноз о том, что в развитом обществе кооперативного социализма без всякого насилия исчезнут капиталистические предприятия, так как кооперативные фирмы постепенно перетянут к себе всех наемных работников из капиталистического сектора.

 

Начав свою деятельность с крохотной комнатки, горстки сотрудников и мизерного капитала, Народная Рабочая Касса в 90-е годы имела уже 6 миллиардов долларов вкладов и 250 филиалов по всей Басконии. Для проведения расширенного воспроизводства со временем был создан специальный Предпринимательский отдел, который в свою очередь был впоследствии разбит на шесть подотделов. (Исследовательский - для изучения конъюнктуры рынка, промышленный, сельскохозяйственный, консалтинговый, аудиторский, информационный и городского строительства.) Касса вместе с кооперативами финансировала создание учебных и научно-исследовательских заведений федерации и строительство домов для работников федерации.

В 80-е годы с ростом нагрузки Предпринимательский отдел был выделен из Кассы в самостоятельное кооперативное учреждение - Центральный Межкооперативный Фонд, а для консультирования новых коллективов были созданы два отдельных кооператива АКС Консалтинг и ЛКС Инженеринг. Здесь мы в очередной раз видим характерную для принадлежащих работникам компаний тенденцию к дроблению и автономизации управленческих звеньев, чтобы не затруднять внутреннюю демократию и не создавать почвы для бюрократизации и коррупции.

Отметим также, что Народная Касса и выделившийся из нее Межкооперативный Фонд при создании новых предприятий стремятся, чтобы они были по возможности не слишком большими по числу работников. Не более 500 человек. А если это по технологическим причинам невозможно, то закладывается максимальная автономизация подразделений. Работники-собственники хотят иметь ощутимую внутреннюю демократию и большую экономическую эффективность. Когда же предприятие имеет много неавтономных подразделений, всегда могут найтись такие из них, которые будут работать хуже и висеть на шее тех, кто работает лучше. Незаинтересованность в создании больших предприятий - важное качество социалистических кооперативов. Для выполнения сложных заказов кооперативы создают временные технологические объединения суверенных предприятий требуемого профиля.

 

Кооперативы второго ряда.

В федерации, по мере ее развития, стали создаваться кооперативы второго ряда для поддержки производственных кооперативов. К таким кооперативам фактически относится и Народная Рабочая Касса с ее дочерними отделениями. Важнейшим из кооперативов второго ряда является созданный по предложению Аризмендарриеты в 1974 году научно-исследовательский и конструкторский институт Икерлан. Вслед за ним были созданы еще два научных кооператива поменьше. Их работа обеспечивает технологический прогресс всей федерации, ее конкурентоспособность. Эти институты завоевали в Испании широкое признание, и их услуги (за высокую плату!) стремятся получить многие частные компании.

Далее по важности следуют кооперативные учебные заведения. Их развитие поражает. В федерации создано более 100 начальных школ, руководят которыми совместно учителя и родители, и 14 технических колледжей, четыре из которых университетского уровня, специализирующиеся по инженерному образованию, по бизнесу и менеджменту, по социальным программам и по педагогике. Кроме того, Касса финансирует обучение кооперативной молодежи и в лучших университетах Европы. Научно-конструкторские институты обеспечивают повышение квалификации работников всех уровней и профессий. Созданы при них и специальные курсы для переквалификации сокращаемых работников, чтобы они могли работать в других кооперативах, испытывающих дефицит рабочих рук.

По испанским законам, все работники федерации считаются предпринимателями, и на них не распространяется система государственного социального и пенсионного страхования. Поэтому Мондрагону пришлось создать и мощный кооператив по оказанию социальных услуг своим работникам, при котором затем возникли самостоятельная страховая и пенсионная компании.

В федерации учрежден также кооператив второго ряда по экспортным операциям, включая организацию собственной коммерческой сети за пределами Испании, кооператив патентной службы, компании по продаже технологий и строительству промышленных объектов в других странах.

Советы директоров всех кооперативов второго ряда наполовину состоят из представителей кооперативов первого ряда (производственных), которые их финансируют.

 

Структура управления Мондрагона.

Поначалу все управление и координация проводились Народной Рабочей Кассой, работавшей под контролем Наблюдательного Совета, состоявшего из представителей всех производственных кооперативов федерации. С увеличением численности кооперативов, с появлением кооперативов второго ряда и соответственным усложнением работы Кассы в 1985 году был создан Конгресс федерации – фактически ее парламент, формируемый также из представителей кооперативов. Конгресс собирается один-два раза в год и определяет стратегическое развитие федерации в целом. Затем избирает Генеральный Совет - правительство федерации. Одна из важнейших задач этого Совета – наблюдение за деятельностью Народной Кассы во исполнение стратегических решений Конгресса.

Параллельно с формированием высших властных органов, кооперативы были разбиты на 7 групп для совместного планирования занятости, для взаимопомощи в маркетинге, правовых услугах и т.д. Первоначально эти группы были созданы на территориальной основе, по районам. В конце 80-х годов Конгресс федерации принял решение о переформировании групп с территориального на производственный, отраслевой принцип, чтобы облегчить производственную кооперацию между фирмами для более успешного выполнения сложных контрактов.

В 1991 году была произведена очередная реконструкция структуры управления федерацией. Был учрежден пост Президента федерации. При Конгрессе была создана Постоянная Комиссия из руководителей групп и кооперативов, эдакий президиум парламента. Этой Комиссии, в частности, вменили в обязанность выдвигать кандидатуру Президента для утверждения ее в Конгрессе. В свою очередь Президенту было дано право предлагать кандидатуры членов Генерального Совета, который стал формироваться из вице-президентов и директоров промышленных групп.

Почему исполнительные органы формируются исключительно из менеджеров? Да потому, что федерация, хотя и близка к государственному образованию, все-таки остается производственным объединением.

 

Важной службой федерации является и Социальный Совет, существующий с конца 60-х годов во всех кооперативах. Его прерогатива следить за условиями труда и отдыха, взаимоотношениями между рядовыми работниками и менеджментом, и прочими социальными проблемами. То есть в его ведении вопросы, близкие к тем, которыми занимаются профсоюзы на капиталистических и государственных предприятиях Первые годы после создания Социальный Совет имел совещательный голос, но затем приобрел решающий голос в рамках его компетенции.

Развитие управленческой структуры федерации отличает большая гибкость и способность перестраиваться с изменением внешних и внутренних условий. Развивается она при этом преимущественно по эволюционному принципу, не ликвидируя существующие службы, а разделяя их по функциям и надстраивая высшие уровни координации.

 

Отсутствие безработицы в Мондрагоне.

Одним из самых выдающихся результатов Мондрагона считается то обстоятельство, что федерация не имеет себе равных в капиталистическом мире по показателю занятости. За 40 с лишним лет существования федерации в Испании произошло несколько экономических спадов, приводивших к резкому усилению безработицы, но в Мондрагоне ни разу не было выброса безработных, и непрерывно, лишь с разной скоростью, росло число рабочих мест.

Объясняется это беспрецедентное явление рядом причин. Прежде всего, кооперативы Мондрагона, опираясь на свою Народную Кассу, в случае ухудшения конъюнктуры для какой-либо их продукции налаживают выпуск другой пользующейся спросом продукции. Затем, кооперативы, как мы уже отмечали, имеют возможность передавать ставших лишними сотрудников на другие предприятия федерации, где ощущается дефицит рабочей силы. При необходимости они имеют и возможность послать своих лишних работников на федеральные курсы переподготовки и повышения квалификации, чтобы затем использовать их у себя в новом качестве или в других кооперативах. За время переподготовки работники получают 80% от своей последней зарплаты. (Плюс проценты со своей доли в капитале их компании!)

Важной причиной отсутствия безработицы в Мондрагоне является и то обстоятельство, что его компании почти не знают банкротств, в то время как в капиталистическом мире это является главным источником безработицы.

Наконец, в последние годы, после вступления Испании в Общий рынок и т.н. глобализации капиталистической экономики, приведшей к дестабилизации внутренних национальных рынков, компании Мондрагона вынуждены были увеличить до 10-12% число временных наемных рабочих (от общего числа работников федерации), используя их в качестве буфера при колебаниях спроса: в случае его падения временные работники увольняются. Такое поведение кооперативных компаний разумеется вызывает дискуссии как внутри федерации, так и вне ее. Но что тут поделаешь, Мондрагон все-таки остается щепкой в капиталистическом мире. Однако, к чести федерации, она пытается смягчить проблему временных работников: сейчас они получили специальный статус, дающий им на время работы право на часть прибыли и право голоса по всем касающимся их вопросам.

 

Регулирование социальных условий.

Я еще раз хочу обратить внимание читателя на то положение, что среди основных теоретиков и практиков "синтезного  уклада» нет марксистов. Зато современные марксисты составляют основную массу критиков Мондрагона, смыкаясь тут, как и положено, с критиками справа, с радикальными антикоммунистами. Марксисты видят в Мондрагоне попытку придать капитализму человеческое лицо, а антикоммунисты наоборот видят в мондрагонских кооперативах троянского коня коммунизма!

И те и другие очень любят вспоминать, что в 1974 году в Мондрагоне случилась забастовка на самом большом и старейшем предприятии Улгор. Причиной этой единственной в истории федерации забастовки стало несогласие меньшинства работников кооператива (22%) с новой системой оплаты труда, невыгодной этому меньшинству. Стачка естественно не имела успеха, всех забастовщиков поначалу уволили, но затем предоставили право вернуться, чем они все и воспользовались. Уволили несогласных ввиду того, что они являются совладельцами компании и бастовать не имеют права. Если не согласны с мнением большинства, могут уходить, отделяться, забирая свою долю капитала. Восстановили потому, что уволенные согласились с решением большинства.

Но эта забастовка явилась толчком к значительным переменам во внутренних порядках федерации. Кроме забастовки поводом к внутренним реформам послужило и ослабление активности и добросовестности среди ряда категорий работников, замеченное социологами федерации.

Именно тогда Социальный Совет был наделен правом решающего голоса в касающихся его вопросах. В свою очередь члены Совета стали изучать идеи и меры по гуманизации труда, существующие в других странах. Совет и руководство федерации, в частности, обратились за помощью к известному специалисту по демократизации и гуманизации управления норвежцу Эйнару Торсруду, и он помог разработать несколько проектов по реорганизации рабочих мест, увеличивающих полномочия каждого работника. Было решено, кроме того, полностью отказаться от тейлоровской системы организации труда. Конвейерная сборка была заменена бригадной, а конвейеры сборочными столами, что позволило членам бригады в процессе сборки при необходимости и желании сменять друг друга на различных операциях. Для сравнения, на капиталистических предприятиях рабочие у конвейеров работают сейчас с памперсами, чтобы ни на минуту не отлучаться со своего места!

В кооперативах Мондрагона произошел также переход к самоуправляющимся автономным рабочим группам, самостоятельно решающим все производственные вопросы, и была в связи с этим ликвидирована должность мастера. Стали создаваться по японскому образцу и "кружки качества", в которых работники разрабатывают меры повышения качества продукции.

Все эти перемены дали положительный результат: возросли активность и добросовестность, и наибольший эффект был отмечен при работе как с наиболее примитивной, так и с наиболее наукоемкой технологией.

Отметим для себя, что руководители и работники Мондрагона, так далеко ушедшие вперед в демократизации труда и предпринимательства, не гнушались, как видим, изучать чужой опыт. Для сравнения: в России я предлагал одному богатому директору предприятия, утверждавшему, что его работники являются совладельцами, профинансировать телевизионную экспедицию в Мондрагон, и получил ответ в том смысле, что «кому это интересно?». "Снимайте мое предприятие: мы гораздо дальше продвинулись!". При этом о Мондрагоне он толком ничего не знал, а у себя на предприятии в реальности установил порядки, близкие к помещичьим. Это пристрастие к безудержному хвастовству, вранью и вопиющее отсутствие любопытства к чужому опыту характерно для значительного числа российских "деловых людей" и является видимо одной из причин нашей печальной жизни. На Западе мне ничего подобного встречать не приходилось.

 

Несколько слов о специфических причинах феноменального успеха Мондрагона. Кроме роли личности Аризмендарриеты, что многие западные обозреватели ставят на первое место, они указывают и на условия, в которых начала развиваться федерация. А именно, в условиях закрытости от внешней конкуренции ввиду изоляции франкистского режима. Не было при этом конечно и западных инвестиций. Но кооперативные объединения, как показывает опыт (и не только испанский), способны эффективно использовать внутренние ресурсы и давать значительно большую отдачу на вложенные средства, нежели предприятия капиталистические. Ко времени падения фашистского режима, когда Испания открылась для западной экономики, кооперативы Мондрагона уже набрались силы, наладили конкурентоспособное производство и смогли выдержать давление западного импорта.

 

Еще одну причину успеха Мондрагона западные обозреватели видят в общинных связях и традициях коллективного хозяйствования, сохранившихся в Испании и, особенно, в Басконии. Это уже возвращает нас к мнению старых русских эмигрантов о схожести испанского народа с русским.

Но объединение, подобное Мондрагону, создано сейчас и в США - Ассоциация Производственных Кооперативов.

 

Еще раз хочу остановиться на критике в адрес Мондрагона со стороны, главным образом, марксистов. Они утверждают, что в федерации установились чуть ли не авторитарные порядки, и делают вывод о порочности мондрагоновской модели. За авторитаризм они выдают здоровую, устоявшуюся дисциплину и сработанность мондрагоновских коллективов. Но важно подчеркнуть, что даже если бы утверждения марксистов соответствовали действительности, то они не имели бы никакого отношения к т.н. мондрагоновской модели как таковой. В федерации около 160 компаний, и внутренние порядки и атмосфера в них, разумеется, неодинаковы. Суть же всех этих 160 моделей, как и других, вне Мондрагона, прежде всего во внутренней демократии. И если какой-либо трудовой коллектив не может или не хочет сохранять демократические порядки, то модель кооператива здесь не при чем.

 

В заключение я хочу вернуться к роли Хосе Марии Аризмендарриеты. Главная его сила, на мой взгляд, не только и не столько в его харизматичности, сколько в его способности сопереживать людям и генерировать плодотворные идеи, исходя из глубокого понимании сути жизни и психологии человека.

Роль Аризмендарриеты в истории в полном объеме будет осознана видимо лишь в будущем. Дон Хосе, быть может сам того не осознавая, помог открыть дверь в это будущее - в постклассовую эпоху, эпоху взрослого, экстровертированного человечества, помог открыть выход к спасению человечества.

Умер Хосе Мария в 1976 году. Ученики и коллеги создали в Мондрагоне его мемориальный музей. Но такие люди не должны были бы умирать! Хотя бы до полной победы их дела.

 

Примечание.

В описании Мондрагона я опирался более всего на след. источники: доклад д-ра Фреда Фройндлиха на конференции по вопросам кооперации в Вашингтонском Университете, 23-25 мая 1998 г.; отчет Валерия Рутгайзера и А. Толстых для ВЦИОМ АН СССР, ноябрь 1989 г.; данные из книги Д.Симонса и У. Мэрса "Как стать собственником", Москва, 1993 г.; данные из книги А.Колганова "Коллективное предпринимательство", Москва, 1993 г.; данные, собранные в моей предыдущей книге "Самоуправление", Москва, 1992 г.

 


 

 

ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ ЕСТЕСТВЕННЫХ НАУК ----- 2006 т.6 № 2

 

СЫРЬЕВОЙ ПОТЕНЦИАЛ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ – ОСНОВА ВОЗРОЖДЕНИЯ РОССИИ

В.Ж. Аренс

Российская академия естественных наук

Излагаются мысли автора о социальных проблемах и современном состоянии науки, нравственности и культуры в России. Высказано мнение, что государство должно играть большую роль во владении и управлении минерально-сырьевыми ресурсами, а также в развитии науки.

 

NATURAL RESOURCES POTENTIAL AND THE HUMAN CAPITAL  AS A BASIS OF RENAISSANCE FOR RUSSIA

V.Zh. Arens

The thoughts about social problems and present-day state of science, morality and culture in Russia are described. In author’s opinion the state must play greater part in possession and managing of row materials resources and scientific progress.

 

 

Известно, что развитие человеческого обще­ства ведет к конфликту с природой, так что по­следняя теряет возможность к самоподдержанию. Уже во многих районах мира изменения природной среды ставят под угрозу жизнь человека. Профессор Медоуз в 70-х годах разработал теорию «пределов роста», которая предлагала ограничивать потреб­ности человечества, соотнося их с возможностями природной среды.

После конференции в Рио-де-Жанейро 1992г. сформулирована концепция устойчивого развития, которая предлагала обеспечить сбалансированное решение социально-экономических проблем и сохранения природно-ресурсного потенциала, так как без должного внимания к окружающей среде планета вполне может оказаться пустыней.

Известно, что стремление к максимальной прибыли входит в противоречие с интересами общества. Для того чтобы этого не случилось надо стабилизировать политическое, экологическое и экономическое положение страны, которое вы­зывает большие опасения, так как ее руководители забыли, что «не народ подвластен им и служит безропотной массой для их экспериментов, а они обязаны служить народу», и сейчас, «когда дом горит, надо думать не о том, как следовало бы его перестроить, а о том как скорее погасить пожар» [1]. Курс на капитализм (благополучие меньшинства) ведет к природным дисбалансам, угрожающим и богатым и бедным, а рынок – это не цель, а средство достижения устойчивого развития, которого «на­шим рынком» как раз достичь невозможно. Целью устойчивого развития России может быть только удовлетворение насущных потребностей народа, новых его поколений, повышение их культуры и сохранение природных богатств для последующих поколений.

......

 

Думаю, интересно познакомить читателя с мне­нием проф. Принстонского университета Стивена Холмса, который в журнале «Pro et Contra» (1997) написал очень любопытную статью «Чему Россия учит нас теперь? Как слабое государство угрожает свободе». Он пишет, что «Холодная война» была политической философией с обеих сторон. Теперь Советский Союз стерт с мировой карты, однако дела в России обстоят не лучшим образом, и мно­гим приходится кормиться за счет подсобного хозяйства. Теперь россияне должны беспокоиться о бессилии своего государства, а у запада новые тревоги в ожидании различных катастроф, вплоть до ядерных. В России нет государственной власти, нет и прав личности. Государственное имуще­ство расхищено. Люди, стоящие у власти, больше интересуются своим обогащением». По мнению С.Холмса «в России нет авторитетной политики власти». Главный вопрос сегодняшней России это не «кто управляет?», а «зачем управлять?». Ответ: чтобы «брать» остатки богатств империи и отды­хать на курортах. Произошла политическая дезор­ганизация государства. Государство должно давать свободу всем: и бедным и богатым, иначе возникает социальная напряженность и взрыв.

Известный бизнесмен, мизантроп Джордж Сорос в «Известиях» от 15 января 1998 года писал, что «недостатки глобальной капиталистической системы – это неравномерное распределение благ, нестабильность финансовой системы, надвигаю­щаяся угроза глобальных монополий и олигархий, неоднозначная роль государства, проблема ценностей и социального согласия. Финансовый капитал имеет преимущество перед промышленным. Финансовые рынки не стабильны (бум - депрессия), акции между­народных компаний непредсказуемы (стрельба на­угад), экономика бесконтрольна, а рынок не может сам исправить свои ошибки. Цель конкуренции победить, а не содействовать рыночной экономике. Рынок все (человека, землю и т.п.) превращает в то­вар. Государство должно играть существенную роль в поддержке экономической стабильности, должно обеспечить равенство возможностей и социальную безопасность. Но капитал будет стремиться уйти от давления государства. Политическую свободу и со­циальную справедливость может обеспечить только государство. Урезая социальную помощь, мы ведем государство к нестабильности, а это может привести к краху, какой был в США в 30-х годах. Государство должно подключиться к местным деловым проектам. Нищая страна не способна к демократии. Автократия ограничивает свободу слова и допускает коррупцию. Видимо, в будущем будет движение от автократии и накопления капитала к процветанию и демократии. Нужно открытое общество, а это свобода и социаль­ная справедливость, то есть власть закона. Свободное общество, лучше свободной коррупции. Глобальная экономика страдает нестабильной экономикой, асимметрией центра и периферии». Прочитав это, создается впечатление, что высказывает свои мысли коммунист, а не крупнейший бизнесмен.

Современный мир стремительно глобализуется. Этот процесс не только положителен, но и для мно­гих государств резко отрицателен. И, тем не менее, остановить его не удается. Налицо «американизация» экономики, культуры, делание молодежи по заданным образцам. Наша система более слабая, но поскольку она сопротивляется и имеет необходимые богатым странам ресурсы, то естественно ее хотят расчленить и захватить. Западный капитал вяло течет в Россию, но происходит активная экономическая экспансия по завоеванию недр России (например, Сахалин 1 и 2). Тем более нельзя отдавать недра в руки иностранцев, ведь еще С.Ю. Витте говорил: «...Внешние займы и приток иностранных капиталов – своего рода мышьяк, под действием которого происходит наше экономиче­ское развитие. Печально, конечно, что мы не можем обходиться без такого лекарства»*. Поэтому следует быть очень осторожными, привлекая к управлению горными предприятиями иностранных менеджеров. Они будут работать не на Россию, а на хозяина.

Что происходит сейчас? Государство про­возгласило: «Развитие науки и технологий служит решению задач социально-экономи­ческого прогресса страны и относится к числу высших приоритетов РФ». Это выдержки из документа «Основы политики РФ в обла­сти развития науки и техники на период до 2010 г.», принятого в 2002 г. под председательством В.В. Путина. Были и другие неоднократные увере­ния руководства страны, что без науки не может быть будущего страны. Однако наука оказалась за бортом даже национальных проектов. А всем известно, что развивать образование без науки практически невозможно (иначе будем отставать в создании интеллекта страны).

Главный идеолог В. Сурков в своем высту­плении перед активом партии «Единая Россия» (см. Московские новости №7 и №8 от 3 и 10 марта 2006 года) отметил, что «Мы живем на наследство, доставшееся нам от Советского Союза, а пока мало что сделали сами». А это и не удивительно, ведь для того чтобы что-нибудь сделать новое, революционное нужны научные заделы, работа науки. Далее В. Сурков справедливо говорит о том, что суверенитету страны угрожает «некон­курентность экономики» и поглощение страны «оранжевыми технологиями». Для того, чтобы этого не случилось им совершенно верно отме­чено, что «нам нужны знания! Нам нужны новые технологии!». Но как их можно получить без раз­вития и укрепления науки. И на вопрос «пауки мы или мухи» можно ответить, только подняв на должный уровень науку и образование нации. В. Сурков призывает создавать «национальную буржуазию», и она якобы решит все вопросы. Т.е. – это призыв к созданию и укреплению классового общества. Пока что мы видим, что наша буржуа­зия стремиться вывозить в оффшоры капиталы и своих детей за границу. Надо укрепить отечествен­ную науку, образование, культуру. А на базе этого создавать общество знаний, морали, интеллекта, передовых технологий, которые выведут страну из затяжного кризиса.

Для страны нужны образованные члены общества. У нас было провозглашено всеобщее среднее образование. Это и подготовка специали­стов для работы в промышленности и сельском хозяйстве и отбор учащихся для учебы в высших учебных заведений. Одних, наиболее способных надо учить бесплатно (очно и заочно), других за деньги. Но это не значит выдавать «купленный» диплом. Надо готовить людей, способных на основе полученных знаний двигать культуру во всех ее аспектах дальше. Купленные дипломы вуза и даже кандидата и доктора наук это - фикция нужная для «самоутверждения», мол «я учен и знаменит». Нужна тяга к знаниям, а не к дипломам. А это прививается учебой в настоящих вузах.

Вернемся к истории. Известно, что после все­общей национализации В.И. Ленин осуществил переход к НЭПу и начал с кооперации, т.е. перешел к рыночному социализму, где в какой-то степени соединял принципы социализма и капитализма для удовлетворения потребностей человека труда. При этом всего за пять лет после окончания гражданской войны был достигнут и в чем-то превзойден уровень жизни и производства 1913г.

В современном мире существуют объединения людей, верящих и осуществляющих рыночный соци­ализм. Например, испанская федерация кооператив­ных предприятий «Мондрагон», созданная католиче­ским священником Хосе Мари Аризмендиарриеты еще в 1956году в виде небольшого кооперативного техникума и небольшой мастерской по ремонту бытовой техники в составе 25 человек. В настоящее время она представлена 160 фирмами, где работают 68 тысяч трудящихся. Федерация имеет в своем со­ставе кроме небольших заводов и фабрик различ­ные учебные заведения и научные центры, а сумма активов федерации составляет более 16 миллиардов евро. В федерацию входят и сельскохозяйственные коллективы и более 300 кооперативных супермарке­тов. Сотрудники «Мондрагон» имеют самые высокие в Испании заработки, а прибыль распределяется в соответствии с трудовым вкладом каждого. Управле­ние предприятиями осуществляется путем выборов в производственных коллективах, как менеджеров всех уровней, так и законодательно – контрольных органов, что фактически не допускает коррупции.

Конечно, следует тщательно изучить опыт работы предприятий «Мондрагон», как им удается создавать без выпуска акций новые предприятия, основываясь на вложениях от прибыли действующих фирм. Надо признать, что создать свои подобные предприятия может тот, кто воссоздает настоящую демократию (на местах), безупречную трудовую и житейскую мораль.

Можно это сделать? Думаю да. Почитайте В.И. Ленина «О кооперации». В. Белоцерковского[3], книгу Ф.С. Кричмана [4], в которой дается концепция реформирования акционерной собственности на основе демократизации управления и мотивации эф­фективного труда на предприятии. Вспомните о наших немногих, но до сих пор успешно работаю­щих колхозах, (например, колхоз им Гурьянова Ка­лужской области, где председатель А.В. Смиркин сумел после его разрушения раздачей земельных паёв восстановить колхоз и вести эффективное сельскохозяйственное производство, дающее устойчивый доход членам кооператива (колхоза)), о наших кооперативах 90-х годов, о социальных успехах Швеции, Норвегии. И, наконец, до сих пор существующих израильских «Киббуцах».

Это говорит о том, что сейчас одним из возможных вариантов является организация сильного социального движения, которое на базе университетов и различных школ при поддержке государства может обрастать кооперативами, фирмами, изготовляющими различные товары, оказывающими услуги и создающими духовные ценности.

Конечно, все это не просто. Нужны энту­зиасты, Макаренки, герои мысли и действия.

......

Кстати, все, что сказано выше, удивительно согласно с тем, что писал Папа Иоанн Павел II еще в 1982 г. «Человек труда – это не просто орудие производства, но и личность, имеющая в ходе всего производственного процесса приоритет перед вложенным в дело капиталом. Самим актом своего труда человек становится господином на своем рабочем месте, хозяином своего трудового процесса и его распределения». При падении со­циализма в восточной Европе в 1988 г. тот же Папа Иоанн Павел II предупреждал, что «Капитализм не должен служить образцом для стран Восточной Европы после падения там коммунистических режимов», т.е. нужно общество, основанное на заповедях социализма.

Примерно таким существует общество Приднестровской Молдавской республики, в которой на основе девяти референдумов во многом сохранены социальные завоевания со­циализма [5]. И задача мировой общественности всемерно поддерживать ростки социализма во всем мире.

Сегодня Российская «демократия» породила повальную коррупцию и, на деле, пренебрежение этическими нормами мировых религий. Бывший в России социализм - это компромисс между ра­венством людей в обществе и мерой несвободы (необходимой для выживания общества). Конечно, регулирование меры несвободы в СССР особенно в 30-40 годы приобретало жуткие формы насилия, которое в 60-80-х годах было побеждено и сделана попытка создать общество нравственных идеалов и законов, позволяющих развивать демократию в обществе. Она не удалась. Давайте учтем ошибки и постараемся сделать жизнь людей достойней. Для этого руководство должно быть озабочено не распределением сырьевой ренты, а экономическим развитием страны – строительством современных заводов, фабрик, дорог способных в случае энер­гетического кризиса заменить доход от сырьевой ренты.

В плане сказанного, коллективная форма собственности, а особенно владение государством своими сырьевыми ресурсами, имеет явное пре­имущество над индивидуальной (кстати, думаю, что В.В. Путин так же думает), поскольку имеет наряду со свободой действия определенные ограни­чения, даваемые коллективным разумом, которые основываются на идеях Нагорной Проповеди, и способны противостоять инстинктам стяжатель­ства и агрессии.

Все помним приватизацию и то, как она была произведена по методике «Чубайса». Можно вспомнить и царствование Елизаветы – дочери Петра I, которая решила для наполнения казны (по совету генерала-прокурора сената Глебова) передать казенные заводы Урала в частные руки. Кстати Глебов и другие чиновники нажили на этой операции огромные деньги, а государство так и осталось нищим. И только во время Екатерины II Глебов был уволен, его имущество описано и рас­продано, а государевы люди сумели создать богатую и сильную страну [5].

Заглядывая далеко вперед (хотя знаю, что за­глянуть за «горизонт» нам не дано), можно предпо­ложить, что глобализация заставит всех людей объ­единиться во имя своего выживания, и, вероятно, государства будут иметь совсем другую структуру. В конце концов, и имущественного неравенства в сегодняшнем его понимании не будет, так как каж­дый гражданин будет социально защищен и будет обеспечен всем необходимым. Конечно, противо­речия должны быть (иначе не будет развития), но они будут не антагонистические, а «рынок жизни» будет регулироваться обществом, что обеспечит стабильность его развития. Но кроме общества есть биосфера и, как сказал В.И. Вернадский, будущее возможно только в том случае если человек примет на себя ответственность за развитие общества и биосферы в целом.

Сегодня обществу с больной экономикой не до светлого будущего. Главная задача - как выжить сегодня. Отсюда прагматичность отношения к на­уке. Как известно, миллионером на поприще науки в нашей стране не станешь. Отсюда переток умов за рубеж (где кроме зарплаты имеются все условия для занятия наукой), да и в различные банковские структуры, а все это ослабляет научный потенциал страны.

Государство должно растить «человеческий капитал» – это полученные человеком знания, развитие способностей и приобретение умений, которые он способен использовать в своей работе. Богатство государства, его народа зависит от «чело­веческого капитала», но не в меньшей степени от его способности создать условия для его использова­ния, т.е. дать раскрыться «человеческому капиталу». К сожалению, сейчас государство обесценивает «человеческий капитал», воспитывая человека по­требителя (нужны деньги и удовольствие). Сейчас Россия - кузница «человеческого капитала», но отдает его бесплатно и бездумно.

Нельзя добиваться благосостояния своего на­рода (а на самом деле других государств) путем хищ­нической добычи полезных ископаемых в ущерб себе и будущим жителям России и их продажи на запад или восток по вчерашним ценам.

......

 

К сожалению, современная мировая капитали­стическая система не заинтересована в образовании российского населения и, тем более, в поддержке ее науки. Так как сиюминутная выгода важнее. К тому же телевидение и газеты «правят бал» и ведут нас назад в эпоху «плаща и кинжала» в отношении к интеллигенции и трудовому народу. Современная Россия должна понять, что без знаний во всех его проявлениях, а это культура, наука, образование, у нее нет перспектив на выживание.

......

 

Нужно больше думать о стране, о внутреннем ее развитии. Народ России должен сохранить способность уважать себя. И хотя планета Земля – это в конце концов единая система, и мы все «плывем в одной лодке», но нам надо найти пути выживания в этой системе, найти свою нишу, а это может сделать только интеллектуальный по­тенциал нации. Его нужно растить, лелеять, а не унижать (профессор по уровню зарплаты ниже не квалифицированного рабочего) от этого за­висит будущее страны, да, вероятно, и сам факт выживания России.

Сейчас происходит «зомбирование» населения страны, что, конечно, способствует укреплению власть имущих. Однако в этом случае одним из вариантов «развития» страны, который нарисовал Н. Моисеев это ее «Агония» как венец общества потребителей. Будущее России и мира мы все вслед за В.И. Вернадским и Н.Н. Моисеевым видим в разуме, культуре, нравственности общества. Это эпоха, когда человеческий разум будет определять коллективную волю по развитию природы и обще­ства, их коэволюцию (развитие элемента системы не нарушает развитие системы). По мысли Н.Н. Моисеева [7] человечество не должно нарушать границу допустимой активности воздействия на природу (экологический императив). Вероятно, в этом будущее землян.

......

 

Возникает вопрос, почему государство до­пускает разрушение науки России, которое может принести к ее фактической гибели? Ответ на этот вопрос я дать не могу. Ведь все полагают, что XXI – это век науки, а прогресс человечества возможен только на базе научно-технического развития, поэтому вырвать Россию из рамок отсталости воз­можно только с помощью науки, а это внимание, внимание и деньги на науку. Может быть, следует создать специальный государственный налог со всех предприятий (особенно высоко прибыльных) и организаций на науку. Думаю, это не позволит «распиливать» эти финансовые поддержки на «ор­ганизационные» услуги и даст Науке возможность возглавить переход нашего общества в ноосферное. Возможен и другой вариант: фирмы, финансиру­ющие развитие науки, освобождаются от налогов, то есть нужно создать правовую базу для помощи науке.

 

 

Литература

1. Коптюг В.А. Наука спасет человечество: изд. СО РАН. Новосибирск, 1997.

2. Матюшин Г.М. Общество и власть древности: изд. РАЕН. М., 1997.

3. Белоцерковский В. Левый поворот и «плю­рализм» российской интеллигенции: Свободная мысль XXI. № 1/2. 2006.

4. Кричман Ф.С. Эффективное управление предприятием на основе демократизации собствен­ности: Финансы и статистика. М., 2004.

5. Феномен Приднестровья, Тирасполь РИО ПГУ. 2000.

6. Циркин А.В. Бесславный конец генерал-про­курора сената Л.И.Глебова, ж. Вестник РАЕН (За­падно-Сибирское отделение) выпуск 8, Кемерово, изд. Кем.ГТУ.

7. Моисеев Н.Н. Универсум, информация, общество: изд. Устойчивый мир. М., 1997.


 

 

Нж 4/2007

 

ОТ МОТИВАЦИИ ТРУДА К РАЗВИТИЮ ОБЩЕСТВА

 

Н. Пирогов,

д.э.н., профессор

 

Оплата труда, казалось бы, напрямую связана с его результатами. И все же основные мотивы к труду лежат не в вознаграждении, а в воспитании и традициях того или иного народа. Если человек обделен этим, то стимулировать его деятельность весьма затруднительно. А между тем традиция иных народов такова, что работать плохо они просто не умеют. Например, результат труда немецкого рабочего не зависит от величины оплаты - с детства он приучен все делать добросовестно. По-другому не может. И японский рабочий (вне зависимости от оплаты) не станет выпускать брак - это в корне противоречит его культуре. Такое отношение к труду нашему народу, увы, не свойственно. Конечно, и у нас немало людей с японской или немецкой "закваской". Когда-то, очевидно, их было много больше, но долгий период "строительства социализма" с его уравниловкой и хронической нехваткой товаров, когда продукция любого качества находила сбыт, существенно приуменьшил количество таких работников. Создание традиций, воспитание, повышение уровня культуры, этой глубинной основы мотивации к труду, - дело долгих лет. А производить продукцию нужно сегодня, имея дело с теми людьми, которые есть. Как нацелить их на высокоэффективный труд? Как создать действенные мотивы к достижению поставленных задач, причем в тех социально-экономических условиях, которые сложились в нашей стране?

 

Человек - определяющее звено в повышении эффективности производства. Это ясно всем со времен Фредерика Уинслоу Тейлора, родоначальника современной науки управления. За прошедшие сто лет тысячи ученых и практиков в западном мире разработали и внедрили многочисленные теории мотивации труда, с помощью которых стремились получить бoльшую отдачу от затрат на оплату наемной рабочей силы. И создается впечатление, что иной формы отношений, кроме как "собственник - наемный работник", в процессе производства не существует и что задача науки и менеджмента - находить особые в данный момент способы, побуждающие наемного работника повышать свое рвение в труде. Учебная литература и журналы по проблемам управления персоналом проводят в жизнь именно такую точку зрения.

 

Однако реальная жизнь не совпадает с приведенной схемой. Самая высшая мотивация работающего человека - работа на себя, когда работник, производящий продукцию, является и ее собственником. Таковы данные практики. Если человек работает один, выпуская продукцию или оказывая платные услуги, то здесь все ясно и понятно: все нити успеха в его руках, конечный результат зависит в основном от личных усилий. В современном мире люди, однако, редко трудятся в одиночку, на предприятиях (заводах, фабриках, в фермерских хозяйствах) численность персонала зачастую доходит до многих тысяч человек. Как сделать, чтобы труд в наибольшей степени отвечал их интересам?

 

Наиболее полно решают сию задачу так называемые народные предприятия. Такое предприятие в нашей стране - Межотраслевой научно-технический комплекс "Микрохирургия глаза", прообраз закрытого акционерного общества, где все акционеры работают, - впервые создал в 1986 году Святослав Николаевич Федоров.

 

Все началось с обычного хозрасчета, принципы которого хорошо известны еще с советских времен. Но Федоров внес в них коренное изменение: коллектив его предприятия взял в аренду у государства здания и оборудование, причем первоначальный арендный взнос уплатили сами сотрудники из личных сбережений. Таким образом, имущество клиники для каждого работника стало своим, а не безликим "нашим". В то время в стране еще не было закона об аренде, он появился только год спустя, поэтому МНТК "Микрохирургия глаза" пришлось разрабатывать собственную модель хозяйствования. Эта модель с самого начала содержала элементы акционерного общества закрытого типа.

 

Изменилась мотивация труда, и сразу же почти в десять раз выросла его производительность! Это позволило увеличить денежные выплаты сотрудникам в три-пять раз.

 

Успешно работать на себя (при самоуправлении и коллективном владении собственностью и производимой продукцией), на мой взгляд, можно и в иных организационных рамках. Обратимся к недавнему прошлому. Этим условиям во многом отвечали существовавшие в советское время колхозы. Если бы в постсоветский период руководство страны не бросило эти хозяйства на произвол судьбы, а попыталось преобразовать в закрытые акционерные общества, то сделать это было бы сравнительно несложно. Но настрой был другой - все советское ликвидировать. И почти в точности повторился опыт большевиков семидесятилетней давности: до основания разрушим, а затем... Коллективную собственность колхозов разделили и постепенно растащили, фактически уничтожив все.

 

Предвижу возражение. Если колхозы обладали необходимыми условиями для высокой трудовой мотивации, то почему хорошо работали буквально единицы? Ответ несложный. Всему виной господствовавшая в СССР командно-административная система руководства. Утвержденный директивными органами Примерный устав сельхозартели (на его основе принимались уставы в конкретных колхозах) обладал всеми правовыми нормами, дающими хозяйствам необходимую экономическую свободу. Но только в теории! А на практике никакого вольнодумства и независимости власть допустить не могла. Иначе рухнула бы ее основа, незыблемо стоящая на беспрекословном выполнении всеми хозяйствующими субъектами решений вышестоящих органов. Все, кто обладал соответствующей властью, бесцеремонно вторгались в дела колхозов, не неся за это никакой ответственности.

 

Но успешно работающие хозяйства встречались даже в этих условиях. Их достижения объяснялись личными качествами руководителей, умело выстраивавших отношения с партийными и советскими органами. Я знал такого председателя, который доказал высокую эффективность коллективного труда вне зависимости (и даже вопреки) от расположения к нему всех ветвей власти. Это Иван Андреевич Снимщиков, председатель подмосковного колхоза имени Кирова, находившегося рядом с городом Железнодорожный.

 

Познакомился я с ним в начале 1970-х годов. К тому времени он уже десять лет руководил хозяйством и добился выдающихся успехов: урожайность на полях и продуктивность животноводческих ферм у него были в два раза выше средних по Подмосковью. В то время такое воспринималось как чудо. А все объяснялось просто: люди, обеспеченные всем необходимым для жизни и труда, работали на совесть, строго соблюдался принцип оплаты труда за конечные результаты. Минимальная оплата труда в колхозе в денежном выражении (один трудодень - 7 руб.) почти в два раза превышала в то время среднюю по стране. Но кроме денег на трудодень выдавали еще и продукты: зерно, овощи, картофель, мясо.

 

Вероятно, это единственное хозяйство в стране, в котором колхозники добровольно отказывались от приусадебных участков - не было смысла на них трудиться. Они ощущали себя реальными хозяевами предприятия, а умелое руководство поддерживало их трудовой потенциал. Люди отовсюду стремились вступить в колхоз, в очереди стояло более 300 человек. Колхоз, по сути дела, представлял собой островок рыночного хозяйства среди моря предприятий, строго подчиняющих ся жесткой централизованной системе.

 

Неслучайно колхоз и его председатель были постоянными раздражителями партийного и советского начальства. Опыт колхоза и его достижения замалчивали, а просьбы председателя увеличить им земельные угодья (в колхозе было всего 1800 гектаров пашни) игнорировались, хотя удовлетворить их было несложно. За непослушание (формальная мотивировка была, конечно, другая) Исполком Мособлсовета рекомендовал общему собранию колхоза освободить И. А. Снимщикова от должности председателя. Но случилось небывалое. Колхозники не поддержали это решение: "за" не проголосовал никто, воздержался лишь колхозный секретарь парткома. Попытки привлечь И. А. Снимщикова к уголовной ответственности также не увенчались успехом: многочисленные проверки нарушений законов не обнаружили.

 

Примеры работы предприятий Ивана Снимщикова и Святослава Федорова показывают: даже в условиях тоталитарной системы возможна эффективная, высоко мотивированная деятельность трудовых коллективов, основанная на совместном равноправном владении средствами производства и производимой продукцией.

 

В 50-е годы прошлого века американские ученые предложили теорию конвергенции, в наше время изрядно подзабытую. Суть ее заключалась в постепенном сглаживании экономических, политических и идеологических различий между капиталистической и социалистической системами, что, по мнению авторов теории, было вызвано научно-технической революцией и ростом обобществления капиталистического производства. Идеологи КПСС категорически отвергли данную теорию. Она, по их мнению, игнорировала принципиальные различия в характере собственности на средства производства при капитализме и социализме.

 

Это утверждение прозвучало в то время, когда в капиталистическом мире владельцы средств производства начинали понимать: роста эффективности производства, а следовательно, и прибылей, уже не добиться традиционными средствами мотивации труда. Конкурентные преимущества появились у тех предприятий, где работники участвуют в прибылях и, более того, где им позволяют приобретать часть собственности (в виде акций), которой они владеют. Таким образом, явно обозначился процесс превращения наемников (выражение Святослава Федорова) в совладельцев средств производства.

 

И в это же самое время советские ученые-обществоведы энергично отстаивали чистоту принципов социализма. Они не допускали даже мысли, что самый эффективный путь развития экономики возможен в том случае, когда люди работают не на хозяина (как при капитализме) и не на государство (как при социализме), а на себя, владея предприятиями, на которых они трудятся.

 

В самом конце 80-х годов экономика СССР находилась под угрозой краха, и пришлось разрешить деятельность кооперативов (что-то вроде НЭПа в новых условиях, но которые даже отдаленно не напоминали те, из далеких 20-х годов). Это, скорее, был шаг отчаяния. Плохо продуманные и наспех принятые решения создали условия для добывания быстрых и неправедных денег, в основном за счет государственного сектора экономики, продолжавшего разваливаться. И опять ни у кого не хватило духу попытаться осмыслить опыт Святослава Николаевича Федорова и воплотить его в новой, нарождающейся в России экономике.

 

И все же в 1998 году по инициативе С. Н. Федорова Государственная дума принимает федеральный закон "Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)". Закон имел ярко выраженную социальную направленность, соответствуя интересам той части населения России, которая сохранила приверженность идеалам социальной справедливости и идее самоуправления.

 

В соответствии с этим законом любое акционерное общество, имеющее более 70 % акций, может стать народным предприятием. Эти акции остаются в коллективе и не могут продаваться на сторону. Обладая таким контрольным пакетом акций, работники народного предприятия, по сути дела, становятся его совладельцами, сохозяевами. Закон дает возможность широко развивать производственную демократию: голосовать по важнейшим вопросам в жизни трудового коллектива (по принципу "один работник - один голос"), участвовать в прибылях и управлении предприятием, избирать его руководство.

 

Важное положение этого закона - ежегодное вознаграждение работников акциями (появляющимися за счет чистой прибыли) пропорционально сумме заработной платы за прошедший год. Чем лучше трудится работник, тем больше у него накапливается акций перед уходом на пенсию. А чем успешнее работает само предприятие, тем выше цена этих акций и, следователь но, больше сумма, которую работник получит при увольнении.

 

Немаловажно и то, что граждане, ничего не получившие от проведенной в 1990-е годы приватизации государственной собственности, в народном предприятии имеют возможность стать его полноправными акционерами. Следует отметить и еще один важный момент. В народном предприятии ограничивается как максимальная доля акций одного работника-акционера, так и максимальная зарплата руководителя.

 

Анализ деятельности акционерных обществ показывает их высокую эффективность. Однако число народных предприятий у нас невелико: в 2001 году, по данным Росстата, их было 65, в 2005-м - около 100.

 

В чем же дело, почему таких предприятий в нашей стране так мало? Ответ простой. Признать очевидные преимущества народных предприятий не желают те из чиновников и политиков, которые не хотят, чтобы в России были акционерные общества, где невозможно без согласия работников-акционеров перекупить контрольный пакет акций. Они не хотят понять простую истину: без смягчения социального неравенства, без возведения преграды для безудержного обогащения узкого круга лиц, без создания среднего класса страна начнет двигаться к социальной катастрофе (во всяком случае не получит необходимых темпов экономического развития).

 

Как к акционерным обществам относятся правительства, политики, общественность за рубежом (хотя бы в экономически развитых странах)? Знакомство с информацией по этой проблеме приводит непосвященных в некоторое замешательство. Прежде всего выясняется, что народные предприятия - вовсе не российское изобретение, оно давно и широко распространено во многих странах. Более того, передача предприятий в ведение работающих на них давно законодательно закреплена во многих государствах. Мы отстаем здесь на десятилетия.

 

Наше общество, развивающееся по пути укрепления рыночных принципов хозяйствования, повторяет этапы, которые США, Англия, Германия и другие страны прошли чуть ли не сто лет назад. Руководители страны (это относится главным образом к исполнительной власти 1990-х годов), проводя реформы, очень любили ссылаться на зарубежный, в основном на американский опыт. Но ведь в тех же США существуют и другие достижения в социально-экономической сфере, - к сожалению, о них мало известно в России. Вероятно, многих удивит, что предприятия коллективной формы собственности прекрасно вписались в американскую рыночную экономику.

 

В середине 70-х годов XX века США, как и большинство стран с рыночной экономикой, поразил экономический кризис. Коллективы рабочих и служащих стали выкупать у разоряющихся хозяев предприятия, на которых работали, прежде всего для того, чтобы не потерять работу. И государственные власти (местные и федеральные), стремясь затормозить рост безработицы, начали помогать им ссудами и иным образом. Конгресс США принял законодательство по программе ИСОП(ESOP) - План создания акционерной собственности работников. Автором программы выступил экономист и предприниматель Луис Келсо.

 

Чтобы убедить Конгресс принять пакет законов, необходимых для широкого применения ИСОПа, было проведено выборочное обследование 75 предприятий, где собственность принадлежала работникам. Результаты оказались поразительными: на этих предприятиях производство выросло в среднем на 25%, а прибыль - на 15%. Да и по остальным экономическим показателям они превышали средний уровень в своих отраслях производства.

 

Если к 1974 году в США насчитывалось около 300 корпораций, в которых работники владели какой-то долей акций, то в 1977 году их было уже около тысячи, в 1986 году - 7500, в 1990 - 10 000, на них трудились более 12 миллионов человек. Характерно, что увеличиваются не только темпы внедрения ИСОПа, но и размеры предприятий, его использующих: в их число теперь входят такие крупные компании, как "Локхид", "Сайнс Аппликейшин" и другие.

 

Анализ деятельности 360 высокотехнологичных компаний показал, что в тех случаях, когда фирмы принадлежат работникам, их капитал растет в 2-4 раза быстрее, чем в фирмах с неполной собственностью коллектива! И причина здесь не только в большей материальной заинтересованности работников, но и в том, что они - хозяева, полностью ответственные за судьбу фирмы.

 

Опросы, проведенные в Америке в середине 90-х годов, показали: 80% населения считают, что в компаниях, полностью принадлежащих работникам, люди уделяют больше внимания обеспечению финансового успеха своих фирм и улучшению качества продукции и услуг, чем в компаниях, которые им не принадлежат. Фирмы, принадлежащие трудовым коллективам, отличаются и минимальной коррупцией.

 

Интересен опыт испанской федерации "Мондрагон", являющейся коллективной собственностью работников. Началось все с создания в 1956 году небольшого кооперативного техникума и маленькой полукустарной мастерской по ремонту бытовых электроприборов, где работали 25 человек. Сегодня федерация объединяет более 160 фирм, где занято 68 тысяч работников. Общий годовой оборот превысил 9 миллиардов евро, прибыль - 410 миллионов. Финансовые активы федерации составляют больше 16 миллиардов евро.

 

В Испании предприятия Мондрагона - лидеры в производстве бытовых электроприборов и станков, они третьи в Европе (по объему) поставщики запчастей для автомобилей. Есть у Мондрагона и сельскохозяйственные товарищества, и сеть кооперативных супермаркетов - более 300 магазинов, разбросанных по всей провинции Басков. Федерация строит дома для своих работников, имеет большое число разнообразных технических училищ (четыре из них университетского уровня), научно-прикладной центр из трех институтов, страховые и финансовые учреждения.

 

Мондрагонская федерация отличается уникально высоким показателем занятости и оплаты труда. Это при том, что в Испании наблюдался самый большой в Европе уровень безработицы - 15-20%. За 48 лет существования Мондрагона из всех его фирм обанкротились только три. Для сравнения: в США среди частных фирм и акционерных корпораций после первых пяти лет существования выживает в среднем лишь пятая часть! Предприятия и учреждения Мондрагона также отличаются отсутствием коррупции.

 

Почти за 50 лет существования федерации в Испании произошло несколько экономических спадов, приведших к резкому росту безработицы, но в Мондрагоне ни разу не было "выброса" безработных, напротив, непрерывно, лишь с разной скоростью, росло число рабочих мест.

 

Возвратимся, однако, в современную Россию. Российская повседневная практика трудовых отношений в коллективах продолжает строиться исключительно по схеме: "хозяин (собственник) - наемный работник". Сформировавшиеся при капитализме четыре типа организационных культур (патриархальная, предпринимательская, бюрократическая, партнерская) существенно отличаются одна от другой, но все же имеют единую общую направленность - максимально использовать потенциал работающих в организации людей. Добиваются цели разными средствами, чем, собственно, типы этих культур и отличаются друг от друга. Но тем не менее соблюдается главный принцип: не акцентировать внимания на вопросах собственности, словно неважно, кому она принадлежит. Персоналу стараются внушить, что он должен быть спаян общей задачей улучшения деятельности родного предприятия.

 

И чего только для этого не делают! Напридумано множество тренингов, которые должны наглядно показать работникам преимущества слаженности и взаимопонимания в работе. Как-то один менеджер, работающий в сравнительно крупной московской компании, рассказал мне, что во время корпоративной учебы их небольшой отдел (6 человек) построили в затылок, предложив встать на две параллельные доски с лямками для ног. По команде начальника отдела ("левой, правой") они попытались двигаться вперед. Сначала ничего не получилось, кто-то даже упал, но затем натренировались и стали шагать не только вперед, но и вбок и даже назад. Требуемый эффект был достигнут, люди действительно смогли убедиться, что в данном случае только синхронные действия позволяют достичь результата.

 

Чтобы охладить восторг собеседника, я ехидно спросил: "А может ли так случиться, что вашу слаженную команду завтра по какой-либо причине уволят, скажем, по сокращению штатов?" Ответ: "Да, могут". - "Но это значит, что у вас отсутствует самая главная для человека мотивация - возможность самому непосредственно влиять на свою судьбу". Возразить моему знакомому было нечего.

 

Конечно, подобные тренинги возможны и на предприятиях, где собственность принадлежит работникам. Разница в том, что в первом случае тренируются наемные работники, а во втором - собственники. И отличия здесь колоссальные.

 

Вспомнилась очень поучительная книга великого менеджера XX века Ли Якокки "Карьера менеджера". Президент "Форд мотор компани" Ли Якокка, принесший за долгие годы работы на этом посту миллиарды долларов прибыли своей компании, был уволен практически без объяснения причин. Иначе говоря, прочувствовал на своей шкуре "прелести" капиталистических отношений.

 

Получив приглашение возглавить компанию "Крайслер", которая находилась в состоянии банкротства, Ли Якокка, чтобы вывести ее из кризиса, предпринял меры, повышающие заинтересованность работников в деятельности предприятия. Одна из них и, пожалуй, главная - предоставление в собственность работников акций корпорации. Сразу же появились противники, которые, как пишет Ли Якокка, считали эту программу первым признаком социализма. Но он настоял на своем. Каждый рабочий стал владельцем акций на сумму около 5600 долларов. И компания возродилась. Было это в начале 80-х годов ушедшего века.

 

Сегодня расширение и укрепление принципов наемного труда, сформировавшихся 100 лет назад, - тупиковый путь развития, который приведет нашу страну к отставанию. Восхищение позавчерашними достижениями развитых капиталистических стран в области организации труда и тем более бездумное повторение этих достижений чреваты большой опасностью для страны.

 

В одном из своих политических выступлений об этом со свойственной ему резкостью говорил еще С. Н. Федоров: "Капиталисты (зарубежные, не наши новые. - Прим. Н. П.) поняли, что, если не соединить рабочего с трудом и его результатами, заставить человека полноценно работать невозможно. Воровать - будет, врать - будет, работать - не будет... Наемный труд может разрушить все что угодно... Психология наемника страшна. Это - лень, это - как сделать меньше, а получить больше, как больше украсть у частника или государства".

 

Но, несмотря на очевидность этих утверждений, руководящая страной элита не видит (а может быть, не хочет видеть) перспективности развития предприятий с коллективной формой собственности и одновременно не ощущает серьезной опасности для страны в укреплении отношений наемничества в экономике. Предприятия, принадлежащие самим работникам, у нас практически неизвестны. В газетах и журналах о них не пишут, радио и телевидение о них не рассказывают.

 

Понятно, что изменить направленность реформирования экономики, начатого еще в 1990-е годы, переориентитовать на другие ценности - очень непростая и ответственная задача. Ее решение связано с пр2еодолением сопротивления уже сложившегося слоя собственников, сконцентрировавших в своих руках значительную долю бывшей государственной собственности. Новая экономическая идеология не нужна и большинству государственных чиновников. Им гораздо удобнее иметь дело с предприятиями, где один хозяин - с ним значительно легче договориться.

 

Трудности возникают и для экономических институтов, обслуживающих правительство, так как ориентация на развитие предприятий с коллективной формой собственности ставит перед ними новые теоретические проблемы. Известно, например, что акции народного предприятия обращаются только внутри этого предприятия. А как это будет соотноситься с существующим порядком, когда акции предприятий свободно покупаются и продаются на фондовых биржах? Как привлекать инвестиции в народные предприятия, как заинтересовать в этом внешних инвесторов?

 

Средний класс - основа стабильности и опора государства в экономически развитых странах. Это аксиома. Рассуждения о путях и методах создания этого класса ведутся в нашей стране уже много лет, но "воз и ныне там". На мой взгляд, к среднему классу следует причислять людей не по уровню получаемого ими дохода, а по величине принадлежащей им собственности. Увеличение количества собственников, в том числе и за счет численности работников народных предприятий, - реальный путь формирования среднего класса в России.

 

В России строится общество людей-собственников. Но собственности, делающей человека свободным, независимым, дающей ему и его семье стабильное достойное существование, у большинства людей нет. Следовательно, нам нужна четкая программа повышения благосостояния людей, центральное место в которой должно занять главное - наделить людей собственностью. Различные варианты того, как решить эту проблему, предлагали многие известные экономисты, но их, к сожалению, не услышали. Но даже в их предложениях тема развития предприятий с коллективной собственностью не нашла достойного отражения. Хотя многовековые традиции соборности, коллективизма, накопленные еще в дореволюционной России (да и в СССР - те же колхозы, кооперация), позволяют сделать вывод: социально-экономическая сущность народных предприятий соответствует менталитету нашего народа. Более того, это и новейшая тенденция решения многих социальных проблем.

 

 

Если отвлечься от деталей и оставить только суть затронутой проблемы, то следует уяснить хотя бы главное: народные предприятия выгодны и эффективны. А то, что эффективно, рано или поздно пробьет себе дорогу. Очень бы не хотелось, чтобы в отношении народных предприятий мы оказались в положении людей, не признающих генетику и кибернетику (как это было в середине прошлого века), в то время как весь цивилизованный мир активно использовал их достижения.

 

 

ВЗГЛЯД НА МИРОВОЙ ОПЫТ

 

Мировой опыт убеждает, что так называемые народные предприятия в наибольшей степени соответствуют трудовой мотивации работающих, традициям демократического общества, а в конечном итоге - росту эффективности производства.

 

Во Франции правительство создало "Высший совет участия", в который входят представители государства, объединений предпринимателей и профсоюзов. Главная задача данного органа - контролировать проведение в жизнь программ участия трудящихся в прибылях, капитале и управлении.

 

В Швеции демократизация капитала во второй половине ХХ века стала государственной политикой и получила название "демократический социализм". В значительной мере благодаря этой политике Швеция вышла тогда на первое место в мире по уровню жизни населения, который и сегодня остается одним из самых высоких.

 

Законодательные акты, касающиеся демократизации собственности, уже давно приняты во многих развитых и развивающихся странах. В Польше, например, 2400 компаний работают в соответствии с законодательными актами об акционерной собственности работников.

 

Сегодня содействие созданию компаний, основанных на соединении труда и капитала, - национальный приоритет многих западных правительств. Под эгидой Европейской комиссии создана "Европейская федерация работников", которой принадлежит собственность, объединяющая национальные ассоциации и союзы более пятидесяти стран.

 

В Китае значительная часть государственных фабрик и заводов отдана в полное владение коллективам - рабочим, служащим, инженерам. Более того, на этих предприятиях удалось создать демократическую обстановку, где своеобразные производственные "парламенты" решают все вопросы развития производства, распределения доходов, форм и видов оплаты труда. С 1 января 1992 года в Китае действует закон "О коллективных предприятиях в городе и коллективных предприятиях на селе". За истекшие годы предприятия, работающие по этому закону, повысили производительность труда в несколько раз.

 

В Японии существует программа "Машикабукай" - аналог американской программы ИСОП, в которую входят более 90% всех предприятий, зарегистрированных на фондовых рынках страны. В настоящее время в этой программе принимают участие до 50% работников охваченных ею предприятий (правда, их доля в капиталах своих предприятий, как правило, не превышает 5-10 процентов).



Главная страница_ Аннотации всех статей Яндекс.Метрика